Недельная глава Балак

ТЕМНЫЙ ВЗГЛЯД СО СТОРОНЫ

Шалом, уважаемые читатели! В нашей недельной главе мы узнаем о благословениях, которые Вс-вышний вложил в уста злодея Билъама, нанятого Балаком, царём Моава, с целью проклясть народ Израиля, близкое соседство с которым угрожало, по мнению Балака, благосостоянию и безопасности Моава и соседнего Мидьяна. Провидческая сила Билъама была широко известна – не так давно перед описываемыми событиями Билъам проклял Моав, и они потерпели поражение в войне с эморейским царём Сихоном. Сила Билъама заключалась в том, что своим “чёрным глазом” он видел даже самый малый негатив, и, концентрируясь на нём, ловил момент, когда Вс-вышний гневался на данного человека или целый народ, и тогда его проклятие становилось той самой соломинкой, которая ломала хребет верблюда. Билъам принял приглашение, однако его, к нашему с вами счастью, ожидала неудача – Вс-вышний сдерживал свой гнев на народ Израиля всё то время, пока Билъам выискивал у евреев “ахиллесову пяту”, и злодею ничего не оставалось делать, как превратить по воле Творца свои проклятия в благословения.

 

В Пятикнижии есть ещё два места, где народ Израиля получает в концентрированной форме благословения от отдельно взятых личностей – в главе Ваехи (конец книги Берейшит) от праотца Яакова, благословляющего своих сыновей перед кончиной, и в главе Зот га-Браха (конец книги Дварим) от Моше Рабейну при подобных же обстоятельствах. Рассматривая и сравнивая эти три “набора” благословений, МаГаРаЛь из Праги в своём философском труде “Вечность Израиля” отмечает два основных различия:

– Во-первых, благословения праотца Яакова и Моше Рабейну фрагментарны: львиную долю занимают благословения, адресованные каждому колену в отдельности, в то время как благословения Билъама говорят обо всём народе в целом, как например, сакраментальное “КАК ПРЕКРАСНЫ ШАТРЫ ТВОИ, ЯАКОВ, ЖИЛИЩА ТВОИ, ИЗРАИЛЬ!” (Бемидбар, 24:5).

– Во-вторых, в благословениях “отечественного производства” наличествует элемент критики. Благословения Яакова, адресованные Шимону и Леви (и в меньшей степени – Реувену), более похожи на выговор: “ШИМОН И ЛЕВИ – БРАТЬЯ, ОРУДИЯ ГРАБЕЖА СВОЙСТВЕННЫ ИМ” (Берейшит 49:5), и далее по тексту. Также и в благословении Моше присутствует критическая нотка: “А О ЛЕВИ (сказал он): ТУМИМ И УРИМ ТВОИ – БЛАГОЧЕСТИВОМУ МУЖУ ТВОЕМУ, КОТОРОГО ТЫ ИСПЫТАЛ В МАСЕ, КОТОРОГО УКОРЯЛ ТЫ ПРИ ВОДАХ РАСПРИ, КОТОРЫЙ СКАЗАЛ ОБ ОТЦЕ СВОЕМ И О МАТЕРИ СВОЕЙ: НЕ ВИДЕЛ Я ИХ, И БРАТЬЕВ СВОИХ НЕ УЗНАВАЛ, И ДЕТЕЙ СВОИХ НЕ ПРИЗНАВАЛ….” (Дварим, 33:8-9). В этих словах содержится намёк на грехи народа, включая грех золотого тельца. В то время как пророчества Билъама целиком позитивны, лишены критики, и скорее напоминают оду (замечу, что это русское слово происходит от ивритского “одаа” – “благодарность”, “признание” и “восхваление”). Почему это так?

Ответ, который даёт МаГаРаЛь, логичен и парадоксален одновременно: увидеть цельную картину совершенства можно только со стороны. В еврейских законах, касающихся свидетельства на суде, есть такой момент: свидетель не должен иметь кровного родства ни с истцом, ни с ответчиком, ни с другим свидетелем. Почему? Можно было бы подумать, что Тора подозревает такого свидетеля в возможности сознательно исказить факты в пользу (или во вред) одной из сторон, но Магараль отметает такое подозрение и говорит, что необъективность свидетеля, имеющего непосредственное отношение и близость к одному из тяжущихся, проистекает из того факта, что он является частью динамического процесса, происходящего в данной семье. Его близкие отношения делают для него невозможным объективный взгляд на всю проблему в целом, со стороны. Такой подход позволяет нам объяснить первую проблему – фрагментарность “домашних” благословений. Билъам, как чужак, не втянутый во внутренние процессы, происходящие в народе Израиля, именно в силу своей чужеродности мог увидеть полную картину.

Решение второго вопроса – отсутствие критики в его благословениях – также коренится в его чуждости. Билъам, как посторонний, не думает о перспективах развития, для него момент наблюдения является статичным. В этом его сила, и в этом же его слабость. Кроме того, на критику имеет право только тот, кто активно участвует в процессе, как сказано: “Не суди человека, пока не окажешься на его месте”. Т.е. критика должна быть конструктивной, направленной на улучшение и исправление ситуации. Билъам был лишён этой позитивности. Для него критика была лишь средством разрушения, поэтому Вс-вышний не дал ему возможности “зацепиться” за негатив. Отсюда – “гладкость” его благословений.

В заключение хотелось бы сделать проекцию данной концепции на текущий момент нашей жизни. Сегодня в мире все, кому не лень, критикуют Израиль, но реальное право на это есть лишь у тех, кто активно борется за исправление ситуации на Святой Земле. Критика всех остальных – аморальна по своей сути.
Да будет на Израиле благословение Творца! Шабат Шалом!

р. Ш.З. Аврасин

Недельная глава Пинхас

ДВА ЦАРЯ В ОДНОЙ КОРОНЕ
рав Шломо Зелиг Аврасин

Наша недельная глава говорит о жертвоприношениях, заповеданных народу Израиля. В числе прочих мы также встречаем здесь указания, касающиеся жертвоприношений в честь Новомесячья. Одним из них являлась жертва из разряда “хатат”, которую приносили в случае совершения непредумышленного греха. Так сказано об этом в Торе (Бемидбар 28:15): “И ОДНОГО КОЗЛА В ГРЕХООЧИСТИТЕЛЬНУЮ ЖЕРТВУ БОГУ, СВЕРХ ПОСТОЯННОГО ВСЕСОЖЖЕНИЯ, СЛЕДУЕТ ПРИГОТОВИТЬ, И ВОЗЛИЯНИЕ ЕГО С НИМ”.

 

Слова “грехоочистительную жертву Богу” можно также понять как “за Бога”, т.е. эта жертва призвана искупить какой-то поступок самого Творца. Так говорит об этом РаШИ: “…Аллегорическое толкование (этого стиха) таково: Сказал Святой, благословен Он: “Принесите искупительную жертву за Меня – за то, что Я умалил луну”.

О чём тут идёт речь? В Вавилонском Талмуде (тр. Хулин 60 б) приводится следующий Мидраш: “Сказал рабби Шимон бен Пази: «Сказано (в Торе): «И создал Б-г два великие светила» и далее: «…великое светило, чтобы властвовать днем, и малое светило, чтобы властвовать ночью». [Что это означает?]

Сказала луна Пресвятому, благословенно Его Имя:

– Владыка мира! Возможно ли двум царям носить одну корону?

Ответил ей Пресвятой:

– Ступай и умали себя!

Взмолилась луна:

– Владыка мира! За правдивое слово умалена я?

Сказал ей Всевышний:

– Зато ты будешь властвовать и днем, и ночью.

Луна ответила:

– Что пользы в светильнике в полдень, кому он нужен?

– Ты удостоишься того, что народ Израиля будет исчислять по тебе дни и годы.

– Дни и годы исчисляют и по солнцу, – отвечала луна.

– Праведники будут называться в твою честь: Яаков, Шмуэль, Давид – младшие сыновья, – добавил Творец

Увидев, что луна все еще не умиротворена, Вс-вышний сказал [Израилю]:

– Вознаградите ее за то, что Я ее умалил!

Этот мидраш вызывает недоумение: разве изначально Всевышний не мог создать луну в её нынешнем формате? Зачем потребовалось это уменьшение?

МаГаРаЛь объясняет это следующим образом: мидраш в аллегорической форме демонстрирует нам конфликт двух фундаментальных принципов мироздания. С одной стороны, Творец предоставляет всем своим творениям равные права, с другой – “два царя не могут править в одной короне”, т.е. для того, чтобы мир существовал, необходима чёткая “вертикаль власти”. Монотеизм подразумевает единоначалие. Именно поэтому каждый верующий еврей, осознанно или нет, является монархистом – ведь трижды в день он молится о приходе царя-Машиаха! Конечно же, речь идёт об ограниченной монархии – кроме царя, есть ещё Сангедрин, институт когенов, и пророки. Но царь может быть лишь один. Поэтому-то Всевышний и умалил луну, создав тем самым чёткую иерархию. Но поскольку этот поступок выглядит несправедливым, Творец просил евреев воздавать луне особые почести в Новомесячье, т.е. именно тогда, когда её свет слабее всего.

Что мы можем выучить из вышесказанного? То, что, хотя интересы целого превалируют над частными интересами, и порой принимаемые решения будут правильными в данной ситуации, но не отвечающими строгому принципу справедливости, всегда надо отдавать себе в этом отчёт, и там, где это возможно, компенсировать причинённые неудобства. Ведь Творец имел полное право уменьшить луну – Он её создал, но, не смотря на это, Он, Благословенный, продемонстрировал желание умиротворить луну, подчеркнув своё уважение к правам и чувствам индивидуума, сочетая это с защитой интересов целого.

Шабат Шалом!

Недельная глава Масъэй

Завершается книга Бемидбар, завершается многолетние странствия народа Израиля из египетского рабства к земле обетованной. Странствия, которое должно было продлиться всего лишь несколько месяцев, но заняло 40 лет…

 

Ничего в мире не происходит по плану А, начиная с первых дней творения. Свобода выбора, заложенная в него Вс-вышним, вызывает постоянные отклонения от идеала. Если бы Адам проявил стойкость, и не принял от Хавы запретный плод…, если бы Каин поучился у Гевеля служению Б-гу, а не бросился на него…, если бы евреи не прислушались к клевете разведчиков…. Но история, как мы знаем, не терпит сослагательного наклонения. И что интересно – именно такой мир, несовершенный, многократно наступающий на грабли, считая журавлей в небе, дорог Вс-вышнему. Он, Благословенный, не пожелал создать идеальный мир, ни на йоту не отклоняющийся от плана А, поскольку даже обычному, земному царю из плоти и крови, было бы скучно править роботами.

Но вернемся к странствиям народа Израиля. Последняя глава кн. Бемидбар, подводя итог странствиям евреев по пустыне, приводит нам список 42 двух остановок на этом нелегком пути. РаШИ отмечает, что этот перечень указывает на меру милосердия Вс-вышнего: обреченные странствовать по пустыне до конца своих дней, поколение вышедших из Египта на деле большую часть времени сидело на одном месте. Судите сами – из 42 переходов 14 приходятся на первые полтора года, во время которых евреи от границ Египта, через гору Синай, дошли до пустыни Паран откуда и послали разведчиков в землю Кнаан. Восемь последних переходов были совершены в последний, сороковой год странствий – от Гор а-Гар, места смерти Аарона Первосвященника, до степей Моава, последней остановки перед вхождением в Святую Землю. Выходит, что на 38 лет прозябания в пустыне приходятся 28 переходов. Причем известно, что в Кадеше народ Израиля провел 19 лет.

Однако суть этого комментария не ясна. Почему Вс-вышний должен был гонять евреев по пустыне без отдыха и срока? Им был вынесен суровый приговор – невхождение в землю Израиля и смерть в течение 38 лет, но разве это включало в себя бесконечные блуждания? Оказывается, что включало. Есть в Торе еще один случай подобного приговора. Конечно же, речь идет о Каине, первом убийце этого мира.

“И ныне, проклят ты больше земли, которая открыла уста свои, чтобы принять крови брата твоего от твоей руки. Когда возделывать станешь землю, не будет она более давать свою силу тебе. Неустойчивым и кочевым будет (твое существование) ты на земле” (Берейшит, 4:11-12). Проклятие Каина включала два элемента: во-первых, земля, принявшая кровь Гевеля, не будет давать ему плоды; и во-вторых, он обречен вести кочевой образ жизни. Некоторые устные предания говорят о том, что он не мог спать две ночи подряд в одном и том же месте.

В чем же состоял его грех? В осквернении земли невинной кровью. Поэтому-то и наказание его связанно с землей, по принципу “мера за меру” – он изгнал своего брата под землю, и сам стал изгнанником. Но основа его и первая ласточка этого преступления – черная неблагодарность. С чего все началось? С того, что Вс-вышний не принял жертву Каина, предпочтя ей приношение Гевеля. А все почему? Мудрецы объясняют нам, кто Каин принес, мягко говоря, неходовой товар, по принципу “На тобі, Боже, що мені негоже”. Одно из мнений утверждает, что это были какие-то малосъедобные семена или травы. В качестве жеста признательности за то благословение, которое Вс-вышний послал на плоды труда Каина, эти растения явно свидетельствовали о пренебрежении и неблагодарности.

Нечто подобное, хотя на первый взгляд и не похожее, совершило то поколение – они пренебрегли великом даром – землей Израиля, проявив неблагодарность и пожелав вернуться в Египет. Поэтому, как и Каин, должны были постоянно скитаться. Но Вс-вышний проявил милосердие, и значительную часть времени они провели в покое.

Мы находимся на пороге месяца Ав, месяца великих горестей и трагедий, месяца разрушения наших святынь. Корень грехов, которые привели к гибели Храма – в неблагодарности. В эпоху Первого Храма это выразилось в идолопоклонстве, разврате и кровопролитии, в эпоху Второго – во взаимной ненависти и неуважении. Тот, в ком живет истинная вера, никогда никого не ненавидит и никому не завидует, поскольку знает, что Творец дает всем именно то, что им нужно. Верующий человек лишен гордыни, как сказано: “Сказал Б-г: Я и человек с горделивым сердцем не можем существовать в одном мире!” Поэтому, если мы хотим восстановления нашего святого Храма, нам нужно неустанно работать над исправлением своих качеств, ибо в этом и состоит основная задача человека в этом мире.

Недельная глава Берейшит 5777

СВЯЗАТЬ СЕБЯ

Шалом, уважаемые читатели!

Один из фундаментальных принципов еврейского мировоззрения гласит, что даже самый мудрый и праведный человек не может понять замысел Творца, и Его волю следует принимать как данность. При этом человек не должен чувствовать себя униженным и оскорбленным, поскольку он подобен ребенку, о котором заботится взрослый, априори желающий ему добра.

 

Этоn краеугольный камень иудаизма был заложен во время наиболее выдающегося события в жизни нашего праотца Авраама – жертвоприношения Ицхака. Получив от Вс-вышнего приказ вознести своего единственного сына, рожденного чудесным образом в весьма преклонном возрасте, Авраам Авину не сомневался ни секунды. Рано утром он отправился в путь, и через три дня достиг горы Мория, где впоследствии встанет величественный Иерусалимский Храм, в котором Вс-вышний поместит свое Присутствие. Поднявшись с сыном на вершину горы, он сложил там жертвенник, и возложил на него Ицхака, полностью принявшего волю Творца (отметим, что нашему второму праотцу в то время было уже около 37 лет). Уже занеся над сыном остро заточенный нож, Авраам услышал обращенное к нему слово Вс-вышнего:

“НЕ ЗАНОСИ РУКИ ТВОЕЙ НА ОТРОКА И НЕ ДЕЛАЙ ЕМУ НИЧЕГО; ИБО УЗНАЛ Я ТЕПЕРЬ, ЧТО ТЫ БОИШЬСЯ ВСЕСИЛЬНОГО, КОГДА ТЫ НЕ ЩАДИЛ ТВОЕГО СЫНА, ТВОЕГО ЕДИНСТВЕННОГО, РАДИ МЕНЯ” (22:12)

Мидраш, приведенный в комментарии РаШИ, раскрывает дополнительный смысл этого обращения: “Ибо узнал Я теперь… – отныне есть у Меня что возразить ангелу-обвинителю и народам мира, которые недоумевают и возмущаются, почему Я отношусь к тебе с особенной любовью – ибо ты воистину боишься Б-га!”

По этому поводу у внимательного читателя должен возникнуть очевидный вопрос: почему Вс-вышний только сейчас убедился в Б-гобоязненности Авраама? Ведь первый из праотцов до этого прошел девять нелегких испытаний веры и доверия Вс-вышнему! Чего стоит, например, война с четырьмя вавилонскими царями, когда Авраам с тремя с небольшим сотнями учеников вышел против многотысячной армии! Или когда он, повинуясь призыву Вс-вышнего, ушел из дома своего отца, покинув все, к чему привык, оставив за спиной имущество, положение в обществе и городской уклад, и сменив все это на посох пастуха?

Виленский Гаон в своей книге “Голос Элиягу” указывает, что праведное поведение Авраама во время всех предыдущих испытаний можно было объяснить его естественным стремлением ко благу и врожденными чертами характера. Вполне возможно, что его желание любой ценой спасти из плена своего племянника Лота продиктовано его великим человеколюбием и стремлением к справедливости. То же самое можно сказать и о других испытаниях. Однако в этом случае ни одно из позитивных врожденных душевных качеств не могло прийти на помощь Аврааму – в том, чтобы принести в жертву своего единственного сына, нет ни милосердия, ни стремления к справедливости! Это – самопожертвование ради веры в самой чистой форме!

Тут, однако, можно возразить, что самое первое испытание, не описанное, правда, в Торе, не менее ярко подчеркивает самоотречение Авраама и его готовность пожертвовать всем ради веры. Речь идет, конечно же, об описанном в Мидраше отказе праотца поклониться идолам по требованию Нимрода, царя Ура Халдейского, его родного города. В результате по злодейскому приказу царя Авраам был ввергнут в огненную печь, но чудесным образом не пострадал. Сразу после этого он вместе со своим отцом и племянником переселился в Харран.

Рав Йехезкель Левенштейн в своей книге “Величие человека” спрашивает: почему Тора посвятила истории о жертвоприношении Ицхака целую главу, в то время как о чуде с печью практически ничего не сказано открыто? Ведь во время жертвоприношения ему было уже 137 лет, он имел много учеников и последователей, и за его плечами была долгая дорога веры, в то время как во время противостояния с Нимродом он находился в самом начале своего пути! Логичнее было бы подчеркнуть более значительное событие, или, по крайней мере, и ему посвятить некоторое количество стихов.

Но нет – отвечает автор книги – последнее испытание – самое значительное! Авраам шагнул в огненную печь, будучи твердо уверенным в своей правоте. Вс-вышний ему этого не приказывал, более того, Он тогда еще даже не открылся Аврааму. История знает множество примеров, когда люди шли на смерть ради своих убеждений, ценой своей жизни отстаивая свои принципы и свою картину мира. Возьмем, к примеру, Джордано Бруно, сожженному церковниками за еретические, с их точки зрения, идеи.

“Акеда” же принципиально отличается от всех предшествующих испытаний прежде всего тем, что в этом случае Авраам НЕ МОГ ПОНЯТЬ ВС-ВЫШНЕГО, Который вначале пообещал ему, что именно Ицхак станет продолжателем его дела и следующим звеном на пути к образованию народа Израиля, а затем приказал принести его в жертву на горе Мория. Разум Авраама, его логика и все чувства кричали, что этот приказ не следует выполнять, но первый из праотцов оказался выше человеческой логики, потому что его вера в благость и справедливость Вс-вышнего оказалась сильнее. Там, где спасовала любовь и солидарность с Творцом, выручил трепет перед Ним и отречение от своего “Я”. Он связал свою логику и человеческий разум, принеся его в жертву вере. В этом и состоял великий подвиг Авраама, и этот путь он завещал нам, своим потомкам.

Нередко мы сталкиваемся с тяжелыми для понимания и осмысления ситуациями: смерть праведников, болезнь близких, гибель молодых, разорение честных людей. Нас окружает страдание, которое мы стараемся не замечать. Но тот, кто даст себе труд посетить онкологическую больницу, или дом престарелых, или просто посмотреть, как живут многие народы в Африке, Южной Америке, или даже в России, окажется перед лицом мучительного вопроса: почему это так? Почему мир полон страданий? Конечно, самый расхожий ответ: нет страданий без греха! Но это только на первый взгляд. Самый верный ответ заключается в том, что мы НЕ ЗНАЕМ, почему все происходит так, как происходит. Мы должны связать себя узами трепета, и замолчать перед величием Творца. Мы укрепляем в себе веру и надежду на избавление, как личное, так и глобальное, и стараемся делать то, что от нас требует Тора Вс-вышнего. И тогда в нашем сердце проснется трепет перед Тем, по Чьему слову возник мир, и вслед за трепетом придет радость. Именно это и есть путь Авраама!

рав Шломо Зелиг Аврасин

Недельная глава Хаей Сара

С ЧЕГО НАЧИНАЕТСЯ РОДИНА?

В известной песне на этот вопрос дается множество разнообразных ответов: это и страница в букваре, и материнская колыбельная, и проселочная дорога. А с чего же началась Родина для еврейского народа?

 

Нередко, гонимые обстоятельствами, евреи покидали насиженные места и переселялись в другие края. Как вы думаете, что именно нужно было организовать на новом месте прежде всего? Синагогу? Хедер? Бесплатную кухню для бедных? Это, безусловно, важные элементы еврейского общинного уклада, но они уступали первенство двум другим объектам – микве и кладбищу. Миква – чистое начало новой жизни, погост, (или на иврите “бейт оламим” – вечный дом) – очищение жизни прожитой, достойный конец телесной оболочки, в которой пребывала святая еврейская душа. А все потому, что умершие, в отличие от живых, ждать не могут, как это ни парадоксально звучит. Согласно Галахе, тело следует придать земле как можно быстрее, поэтому допускается хоронить даже ночью.

С кладбища, точнее, с погребальной пещеры, и начинается Родина – Земля Израиля – для нашего народа. В начале главы Хаей Сара Тора сообщает нам о смерти нашей праматери Сары в возрасте 127 лет. Большинство комментаторов склоняются к тому, что Сара умерла сразу же после несостоявшегося жертвоприношения Ицхака – известие о том, что ее единственный сын едва не расстался с жизнью, настолько поразило ее, что ее душа отлетела. Вернувшийся с горы Мория Авраам уже не застал свою любимую и почитаемую супругу в живых.

Скорбь праотца была велика. По окончанию периода оплакивания Авраам принимает решение приобрести участок земли для погребения Сары. До этого они не имели никакого недвижимого имущества, поскольку владение Землей Израиля было обещано только их потомкам, так как рок кнаанейских племен еще не исполнился. Но теперь пришло время связать себя с Землей более тесными узами. Авраам вступает в переговоры с сынами Хетта, на территории которых располагается пещера Махпела, намеченная им для этой цели. Интересно, что хетты не горят желанием продать Аврааму участок в вечное владение. Они настойчиво предлагают ему участок для погребения Сары в подарок. Но первый из праотцов тверд в своем намерении – его жена должна покоиться в земле, принадлежащей ее семье. Город, в котором находилась эта пещера, назывался Хевроном. Корень этого названия тот же, что и в слове “хибур” – связь, соединение. Именно с этого места начинается связь нашего народа с Землей Израиля. Уходя в лучший мир, наши праотцы и праматери становились теми корнями, которые соединяют народ Израиля с его землей, давая силы его стволу, ветвям, листьям и плодам. И пока живы эти корни, живо и само дерево.

Процесс приобретения этого участка стал источником, из которого наши учителя вывели многие законы, касающиеся купли-продажи. Вот как об этом говорит в своем комментарии рав Шимшон Рефаэль Гирш:

“…Расхожее мнение, что для евреев главное в жизни — это продавать и покупать, делать гешефты. В связи с этим следует вспомнить, что, когда наши законоведы исследовали Писание, чтобы найти в нем опору для выработки законов о купле-продаже, они нашли только два места, в которых говорится об этом. Первое — покупка Авраамом поля Эфрона (с пещерой Махпела). Второе — покупка поля пророком Ирмеягу, совершенная с целью продемонстрировать евреям его веру в будущее еврейского государства. В то время войска Вавилона уже стояли у стен Иерусалима. Ирмеягу было открыто Богом, что Иерусалиму суждено пасть за свои грехи, но по прошествии 70 лет евреи вернутся и отстроят Иерусалим и разрушенный Храм (Ирмеягу 32:6). Итак, из двух мест в Писании, где говорится о купле-продаже, первое повествует о периоде до основания государства, а второе — о времени его конца”.

Известный принцип “Деяния отцов – знамение для их потомком” ярко проявляется и в нашем случае. Хеврон стал столицей надела колена Йегуды, которое первым из всех завладело своей территорией. Именно в Хевроне зарождается будущее великое царство: там начинает свое царствование Давид. Он семь лет правит оттуда коленом Йегуды, до тех пор, пока остальные десять колен не решают поставить его царем над всем Израилем. Только после этого царь Давид переносит свою столицу в Иерусалим.

До Шестидневной войны Хеврон находился под властью мусульман, которые не давали евреям возможности посещать могилы праотцов – еврейским паломникам было разрешено подниматься лишь до седьмой ступени лестницы, ведущей в комплекс помещений Махпелы. После нашей победы флаг Израиля поднялся над Хевроном, но до сих пор еврейское присутствие в нем незначительно и сопряжено с опасностями и трудностями. Наше соединение с Хевроном – своего рода лакмусовая бумажка, индикатор верности союзу со Вс-вышним и Земле Израиля.

Дай же Б-г, чтобы в сердце каждого еврея вспыхнуло пламя, которое горело в душах Авраама, Калева, Давида, Ирмиягу и еще многих тысяч сынов Израиля, не мысливших себе жизни без Святой Земли!

рав Шломо Зелиг Аврасин

Недельная глава Толдот

ВИТЯЗЬ В ОВЕЧЬЕЙ ШКУРЕ

Шалом, уважаемые читатели!

В нашей недельной главе начинается многовековое противостояние, не завершившееся до сего дня. Речь идет, конечно же, о противоборстве Яакова и Эйсава, начавшееся еще до их рождения, в утробе их матери, Ривки. Спустя много веков после эпохи праотцов римская империя, наследница Эдома, поработившая множество народов, столкнулась в своем победном шествии на восток с маленькой, но очень особенной страной Иудеей, где обитали потомки Яакова, то есть наши предки. И долгое время относительно немногочисленный народ Израиля противостоял величайшей империи как в материальном, так и в духовном плане. И эта борьба двух братьев продолжилась и после разрушения нашего Храма, и после падения Рима, поскольку европейские народы стали идейными продолжателями Рима, а значит, и Эйсава. И это противостояние завершится только после прихода Машиаха, да произойдет это в наши дни. Тогда старший брат признает первенство младшего, поскольку тот вернется в Землю Израиля чтобы вновь отстроить Храм, и свет Учения разольется по всей земле, “как вода морских просторов”.

 

А пока этого еще не произошло, давайте попробуем разобрать один очень интересный вопрос. В начале нашей главы сказано, что благословенные родители, Ицхак и Ривка, относились к близнецам по-разному: “И выросли отроки, и стал Эйсав человеком, сведущим в охоте, человеком поля, а Яаков – человеком бесхитростным, обитающим в шатрах. И любил Ицхак Эйсава, ибо улов (Эйсава) был во рту у него, а Ривка любила Яакова” (Берейшит, 25:27-28). Наш праотец Ицхак не был наивным человеком, он хорошо понимал, кто такой Эйсав, видел его сильные и слабые стороны. Почему же тогда он любил его, охотника и разбойника, сильнее своего младшего сына, Яакова? Попробуем разобраться в этом.

Близнецы родились разными – Эйсав был весь покрыт волосами, с ног до головы. Мидраш “Шохер Тов” говорит, что у него на теле не было ни одного гладкого участка кожи, в то время как Яаков был безволос. МаГаРаЛь в своей драше на Шабат Шува отмечает, что этот волосяной покров был символом той великой и сложной задачи, которая стояла перед Эйсавом. Известно, что у всякого материального явление есть свой духовный корень. Волосы, хотя и растут на теле человека, не являются интегральной частью его организма. У волос есть еще одно качество – они никогда не перестают расти. Согласно концепции МаГаРаЛя, волосы, растущие на теле (не включая волосы на голове), символизируют материальные вожделения человека, в погоне за которыми он проводит всю свою жизнь. Однако предметы этих устремлений никогда не станут частью самого человека, он не сможет заполнить ими пустоты своей души, даже самые мизерные, и поэтому удовольствие, доставляемое их удовлетворением, носит одномоментный характер, и оставляет после себя опустошенность и жажду, разгорающуюся с новой силой. И эти вожделения никогда не прекращают влиять на человека, подобно постоянно растущим волосам. Погоня за ними никогда не приведет человека к удовлетворению и покою, наоборот, он будет находиться в постоянном напряжении и беспокойстве.

То, что Эйсав был покрыт волосами, означало, что Вс-вышний поставил перед ним сложнейшую задачу – побороть свои дурные природные наклонности. И Творец наделил Эйсава достаточной духовной силой, чтобы выполнить эту миссию, поскольку Благословенный не ставит перед человеком невыполнимых задач.

Рабби Йосеф Цви Салант в своей книге “Колодец Йосефа” пишет, что в этом и заключалась причина большой любви Ицхака к Эйсаву, казалось бы, вопреки здравой логике. С точки зрения Ицхака, Яаков был более близок к совершенству, поскольку изначально его душевные устремления были направлены в верную сторону. А значит, и он практически не испытывал внутренних борений и метаний. Эйсав тоже пытался сублимировать свои дурные наклонности – к примеру, зная свою склонность к кровопролитию, он занялся охотой, что было вполне кашерным занятием в те времена. Однако со временем дурное начало взяло над ним верх, и полностью подавило в нем добро, нивелировав тем самым огромный духовный потенциал, данный ему от рождения, что вылилось в отказе от первородства.

Теперь становится более понятным противостояние двух культур – эйсавско-европейской и яаково-еврейской. Первая отдает приоритет материальным ценностям и устремлениям, создав общество потребления, где все направленно на удовлетворение самых различных (и далеко не всегда позитивных) потребностей человека. Поиск духовного совершенства занимает в этой культуре место “на галерке”, говоря театральным языком. Наша же традиция и мировоззрение отводят этому поиску место в партере, в “императорской ложе”, а материальные запросы и желания призваны служить благоприятным фоном, создавая условия для достижения этой задачи. Проблема в том, что, купив первородство, Яаков тем самым взял на себя и функцию Эйсава. У него как-бы на теле отросли волосы – не зря, прикидываясь Эйсавом, он покрыл свои руки и шею руном ягнят, из которых его мать, Ривка, приготовила любимое блюдо Ицхака. И эти шкуры приросли к его коже. Поэтому теперь и народ Израиля должен вести нелегкую борьбу с материальными устремлениями и желаниями, продиктованными дурным началом. Окончательная победа духа над материей и будет означать победу культуры Яакова над культурой Эйсава.

Это касается и каждого человека в отдельности. Следует помнить, что в этой борьбе мы не одни, Вс-вышний дает нам силы для нее, помогает нам, нужно лишь найти в себе ту точку, откуда эти силы будут изливаться. Это доступно каждому, но достичь этого можно лишь в результате кропотливой работы над собой. Соблюдение Торы и заповедей – наше оружие в этой борьбе.